verol

Как все начиналось.
Росла я в семье атеистов, где все необычное воспринималось, как бред сумасшедшего. А поскольку я с детства что-то видела и слышала, мои родители были серьезно озабочены моими умственными способностями. И не только родители. Хорошо запомнился случай из раннего детства: мне было около 4-5 лет, я ходила в детский сад. Однажды у нашей воспитательницы что-то не получилось, и она, подойдя ко мне, со злостью сказала: «Это ты во всем виновата». Не смотря на ранний возраст, я серьезно задумалась над ее словами. В дальнейшем я стала замечать, что окружающие меня люди частенько сваливают на меня вину за свои неприятности. К сожалению, я так и не смогла уловить, когда, как и почему это происходит. И это продолжалось до недавних пор. Я редко общаюсь с людьми, веду довольно замкнутый образ жизни, но если мне приходится с кем-то общаться, довольно скоро я начинаю улавливать исходящие от людей чувства опасения, неприязни и уверенности, что ко всем бедам, происходящим на этой планете, я имею непосредственное отношение. Правда, со временем мне удалось научиться располагать к себе собеседников, научилась играть роли.
Природа не наградила меня привлекательной внешностью. Это стало одной из причин, почему никто в школе не хотел со мной дружить. Я научилась с этим жить, а в дальнейшем поняла, что, обернись все по-другому, глядишь, и не научилась бы я думать с раннего возраста, просто некогда было бы. А так, я целыми днями просиживала в своей комнате и размышляла, делая свои маленькие открытия. К 11 годам, тем не менее, одиночество стало невыносимым. И тогда меня осенила «гениальная» идея: раз у меня нет настоящих друзей, я смогу их создать! Так в моей комнате поселились фантомы. Конечно, я тогда не догадывалась, что я делаю, и к каким последствиям это может привести. В то время я была счастлива. Каждый фантом был наделен определенным характером, подпитан изрядной долей моей энергии, и теперь мне было с кем общаться. Мы играли, придумывали истории, в общем, мне удалось создать свой маленький мир, в котором я была счастлива.
Все мои эксперименты привели к тому, что через пять лет подобного сожительства фантомы обрели достаточно сил, чтобы начать проявлять себя на физическом уровне. Говоря проще, начался полтергейст. Но, вероятно потому, что я была в хороших отношениях с фантомами, они не проявляли излишней агрессивности. Просто изредка у меня пропадали вещи со стола, стоило выключить свет, как по стенам начинали плясать блики. По воздуху летали какие-то предметы, которые с легким звоном проходили сквозь стены. Под столом кто-то выстукивал морзянку. И нередко по ночам мне доводилось слушать шаги невидимого гостя, расхаживающего по комнате туда-сюда.
Все это привело к тому, что я поверила-таки в то, что со мной что-то не так, и однажды, после очередной бессонной ночи, когда мне пришлось со страхом наблюдать за летающим по комнате светящимся мячиком, я вышла из комнаты и сказала отцу, что я сдаюсь, и можно вызывать санитаров. На что мой отец ответил:
- До тех пор, пока ты признаешь себя сумасшедшей, ты в полном порядке. Настоящие психи будут с пеной у рта доказывать, что они нормальные.
Эта фраза помогла мне в дальнейшем выжить, она являлась как бы тестом, по которому я определяла свое душевное состояние. Возможно, именно поэтому я так и не сошла с ума...
А со временем я придумала способ избавить себя от ночного шума: я представляла себе непроницаемый для звуков кокон, охватывающий меня всю. Это сработало.
Школьные годы были не самым счастливым периодом в моей жизни. Подвергаемая насмешкам, я научилась ненавидеть. И ненависть моя вскоре переросла на все человечество. В старших классах надо мной уже не смеялись, так как взгляд мой обрел тяжесть и ядовитость, и мало кто мог его выдержать.
Восьмилетку я закончила почти с отличием и перешла в девятый - тогда еще была десятилетка. К тому времени я уже научилась общаться с внутренним голосом, который нередко давал дельные советы. И вот однажды он рассказал мне, что оказывается все в моей жизни уже предопределено. Это вызвало в моей душе бурю негодования. С раннего детства я мечтала о полной свободе и независимости, и вдруг оказалось, что за меня уже все решено! «Ладно, посмотрим», - подумала я и стала учиться, как попало. Я прогуливала уроки, в сочинениях писала не то, что требовалось, а то, что думала (в то время это было равносильно преступлению, по крайней мере, в нашей школе), а когда учительница биологии заявила, что пингвины вьют гнезда, я наотрез отказалась ходить на ее уроки. Кроме того, у меня началась депрессия, и мне все стало безразлично. Все это привело к тому, что в конце десятого мне грозило отчисление. Но случилось непредвиденное: весь класс стал на мою защиту, и я была допущена к экзаменам. Которые умудрилась сдать успешно.
После школы я опять же огорчила родителей, не сделав даже попытки поступить в институт. Я решила год поработать, чтобы маленько познакомиться с жизнью - ведь до этого я мало с кем общалась. Знакомство прошло неуспешно. Я убедилась в своей неспособности общаться, моя ненависть к человечеству окрепла, и вскоре мне стало ясно, что жить на этой планете мне больше ни к чему.
Как это не странно, но именно приняв решение покончить с собой, я начала радоваться жизни. Я стала потихоньку искать способы ухода из жизни. Увы, мне не везло и в этом вопросе. После отравления я выжила, машина, перед которой я выскочила на мокрую дорогу, успела каким-то чудом свернуть, а когда мне удалось удачно порезаться, была обнаружена братом, который поднял крик, и меня благополучно перевязали. Но последний вариант мне понравился больше всего. Нужно было лишь найти тихое место, где никто бы не помешал.
И вот, положив в сумочку острый, как бритва осколок, который мне удалось получить, удачно расколотив бутылочку из-под валерьянки, я отправилась в последнюю прогулку по городу. Был прекрасный солнечный день, и я искренне радовалась тому, что этот день для меня последний. В городе был праздник, День города, было шумно и весело. И вот, на площади ко мне подошел молодой мужчина и пригласил пообедать с ним. Конечно, в другой раз я бы не раздумывая, отказала ему, но это был мой последний день. «Почему бы и нет?» - подумала я и согласилась.
Человек оказался очень хорошим, понимающим, мы очень славно провели время, гуляя по городу, и я отложила свой уход на другой день...
Но я не сделала этого ни на следующий день, ни на следующей неделе. Я поняла, что на самом деле, все не так плохо. Дружба с этим человеком растянулась на многие годы, и, общаясь с ним, я многому научилась. И в первую очередь, радоваться жизни... Спустя несколько лет, я подумала, что все это было неслучайно. И, наверно, действительно все предопределено. И в тот момент мне подослали этого человека для моего спасения. Только благодаря ему, я поступила в институт, у меня появилась масса друзей. Я совершенно изменилась, научилась смеяться. Символически, я все-таки умерла. И возродилась совсем другой...
И тем не менее, пережить что-то похожее на смерть мне удалось. Вскоре после того, как я передумала убивать себя, со мной произошла странная история. Мне приснился сон. В этом сне я попала в какую-то чудесную страну, где был идеально чистый воздух, который был, как бы пропитан каким-то волшебным ощущением счастья. Я находилась на зеленой лужайке, покрытой цветами, вокруг росли деревья. Рядом протекала небольшая речка, и я залюбовалась ее изумрудно-голубой водой. Я бегала по полянке и радовалась, вдыхая полной грудью этот волшебный воздух, переживая в полной мере это незнакомое мне доселе чувство любви ко всему и ко всем. Рядом со мной неотступно следовал «провожатый» - я не знала, кто это, но чувствовала, что он как-то связан со мной, является моим проводником. И вот, когда я только, как мне казалось, начала чуть-чуть насыщаться этим чудесным воздухом, «провожатый» сказал:
- Все, тебе пора возвращаться.
- Нет! - вскричала я. - Я хочу остаться!
- Это невозможно, - был ответ, - тебе еще не время.
В тот момент я знала, что готова променять свою земную жизнь на жизнь в этом раю без раздумий. Я сделала попытку улизнуть от наблюдателя. Разбежавшись, я прыгнула в реку. Под водой оказалось не менее красиво, чем на поверхности. Свет, пробивающийся сверху, освещал причудливые заросли водорослей, округлые камни на дне. Сначала я задерживала дыхание, а потом сделала осторожный вдох и с восторгом обнаружила, что могу дышать и под водой. Причем, вода, казалось, была также пресыщена кислородом, как и воздух. Но наблюдатель не отстал. Он плыл рядом, справа и чуть позади, проявляя терпение. Я попробовала оторваться, но не смогла - «провожатый» как тень следовал за мной всюду. Я попыталась убедить его, что действительно хочу остаться, но тот был неумолим. Поскольку добровольно я отказывалась возвращаться, он положил мне на голову руку, и я отключилась.
Очнулась я в какой-то металлической коробке. Кроме меня здесь было еще четыре человека. Коробка была похожа на кабину лифта, только вдоль стен были лавки, на которых мы сидели, как мне показалось, тоже из металла. Я встала и осмотрела стены, пытаясь найти дверь. На одной из стен я увидела прорези - как на динамике в лифте. Я стала прислушиваться к звукам, доносившимся из прорезей. Там что-то скрипело, скрежетало, и вдруг я разобрала слова:
- Эти люди слишком долго пробыли... Их кровь изменилась... Они не смогут больше жить на Земле...
Голос был неприятный, металлический, со скрежетом, как будто говорил робот. Мысли вихрем пронеслись в моей голове, нагоняя панику: «Как это не смогут? А как же?.. Что же?..» В поисках поддержки я стала всматриваться в лица других людей, но они, наверно, еще пребывали без сознания. Мне невыносимо хотелось выбраться отсюда, я начала колотить кулаками по стенам, но тут почувствовала, что куда-то проваливаюсь.
Когда я проснулась, было уже светло. Одевшись, я вышла из комнаты, пребывая в полной растерянности. Что-то было не так, но я никак не могла понять, что. Был выходной день, вся семья была дома. Я прошла через зал, подошла к окну. Мне что-то снилось, и что-то интересное, но я никак не могла вспомнить что. Я потерянно оглядывалась, всматриваясь в лица родителей, и вдруг почувствовала, что задыхаюсь. Я судорожно вздохнула и внезапно услышала в ушах металлический голос: «Эти люди больше не смогут жить на Земле». Сон тут же вспомнился, на меня напала паника. Что делать? Я чувствовала, что из-за нехватки кислорода у меня начинает кружиться голова. «К соснам!» - вдруг пришла в голову идея. Ну конечно, к соснам! Где еще можно глотнуть относительно чистого воздуха? Я кинулась, не говоря родителям ни слова, из дому. Я чувствовала себя все хуже и в панике ни о чем другом думать не могла. Скорее вниз - я скатилась по лестнице с седьмого этажа и бегом понеслась к автобусной остановке. Скорей, скорей! Но было поздно. У меня стало темнеть в глазах, и последнее, что я видела - это как земля внезапно встала на дыбы, и я прямо лицом врезалась в нее, даже не успев выставить руки...
Очнулась я в своей комнате. Было светло. Пребывая в полной растерянности, я оделась и вышла из комнаты. Родители были в зале. Я прошла мимо них, подошла к окну... Мне казалось, что это уже когда-то было... Прижавшись лбом к холодному стеклу, я почувствовала, что мне не хватает воздуха... Отпрянув от окна, я огляделась. Нет, все в порядке. Голова немного кружится, но с дыханием все в порядке. Наверно, слишком долго спала... И тут я все вспомнила. Все. И эту чудесную поляну, и металлическую коробку, и противный голос с его приговором. Только теперь я не задыхалась. Хотя и оставалось ощущение, что кислорода в нашем воздухе теперь явно не достаточно для меня. Через несколько минут я поняла, что мне нестерпимо хочется вернуться в свой сон, подышать тем чудесным воздухом, а не оставаться в этом ужасном загазованном городе.
Весь день я ходила как потерянная, пытаясь понять, что же произошло. Просто сон, или я действительно где-то побывала? И сколько раз я на самом деле просыпалась? Еще больше я запуталась, когда вечером принесли «Комсомолку». На последней странице была помещена статья под заголовком «Жизнь после смерти». Прочитав описание места, в которое, якобы, попадали люди во время клинической смерти, я почувствовала, как волосы встают у меня на голове дыбом. Описание один в один совпадало с тем местом, где была я. С единственной разницей: никаких умерших ранее родственников там не было, только «провожатый».
Так, где же я побывала? Неужели в «загробном мире»? Но и это не пугало меня. Мне по-прежнему хотелось назад, насовсем, чтобы не возвращаться...
Промелькнула мысль: «А что, если..?» И тут же услышала голос: «И не думай! Тебе показали, что ждет тебя впереди. Но нужно заслужить, чтобы попасть туда. Если ты будешь продолжать делать глупости, тебя ждет совсем другой мир...»
И я смирилась. Смирилась с тем, что все предопределено. Перестала спорить и стала прислушиваться к голосу. Выучилась на кинолога-охотоведа и уехала работать в охотхозяйство. К соснам...

Вернулась домой и подумала - а не так уж это и плохо - быть дома....

Сегодня вдруг подумала - блин, почти две недели в Москве, и до сих пор не была на Арбате... Завтра схожу...

  В семье я играю роль. Роли. Просто не люблю условностей и установок.

- Так ты считаешь, что находишься в сновидении? – существо усмехалось. Я не знала, кто передо мной. Внешне он был похож на человека, но его энергия была чужой. Нечеловеческой. Не могла я назвать его и неоргаником. У Кастанеды эти существа описаны в книге – не имеющие органических тел, обладающие энергиями преимущественно голубого, розового или сине-зеленого свечения и населяющие многочисленные миры, воспринимать которые мы можем, только находясь в состоянии второго внимания. Которое людьми легче всего достигается во сне. Энергия этого существа была темной, коричневой. Длинный плащ скрывал его тело, а широкополая шляпа закрывала от меня его лицо.

              - А почему нет? -  в свою очередь спросила я. – Я точно знаю, что сплю. И я сейчас нахожусь в сознании.

Существо засмеялось. И его смех был еще неприятнее его внешности.

- И ЭТО ты называешь сознанием?

Я обиделась. Мало того, что эта тварь влезла в мой сон, так еще и насмехается.

- Я осознаю себя во сне. Этого достаточно, чтобы считать, что находишься в сновидении.

Существо опять засмеялось:

- Ты сильно заблуждаешься. Это твой простой сон. Чтобы сместиться в сновидение, тебе не хватает энергии осознания.

Я его не понимала. До сих пор я считала, что раз я начинала понимать, что сплю и нахожусь во сне, значит, я смещаюсь в сновидение. Я осмотрелась. Что-то не так. Раньше, когда я начинала осознавать себя во сне, картинка пропадала, и я оказывалась в пустоте. Междумирье. Оттуда я могла попасть в другой мир. Обычно я видела себя как бы в колодце, а вокруг располагались слоями миры. В некоторые попасть было несложно, а в некоторые приходилось прилагать усилие, чтобы сместиться. А сейчас, не смотря на то, что я поняла, что нахожусь во сне, картинка не исчезла. Я так и осталась в какой-то невзрачной квартире. Комната была почти пустой, но из всех комнат она показалась мне самой безопасной. А опасность я уловила, еще пребывая без сознания и бегая по этой самой квартире. Наверно, именно ощущение опасности заставило меня прийти в себя. Откуда исходило это ощущение опасности, я сейчас не помнила. Только не от этого существа. Оно, конечно, жутко неприятное, и его энергия причиняет мне боль, но оно не опасно. Так или иначе, я в сознании и в безопасности. И эта тварь начинала меня сильно раздражать.

- Почему не исчезает картинка? – спросила я его.

- Потому, что ты не в сновидении. Это сон, навеянный твоим воображением.

- Но я же в сознании! – упрямо воскликнула я.

Существо опять засмеялось. Я не видела его лица, но слышала смех, и ощущала, как во мне нарастает раздражение. Еще немного и дело дойдет до драки.

- Ты можешь это доказать?

Я вспомнила про руки.

- Ах, да! Ты можешь смотреть на руки! Ну и как думаешь, чтО увидишь?

Я чувствовала, чтО могу увидеть вместо рук, поэтому не торопилась смотреть на них.

- Ну что же ты? – существо веселилось вовсю. – Посмотри.

Я знала, что, когда мне не хватало энергии, я вместо рук видела всякую гадость. Но существо выжидало, насмехаясь, и я вскинула руки к глазам. Так и есть. Пальцы короткие и кривые, на правой руке одного не хватает. Я опустила руки, и собралась было оправдаться тем, что у меня в последнее время катастрофическая нехватка энергии из-за проблем в семье, но существо меня опередило:

- А почему ты все время смотришь на ладони?

Я так и застыла с раскрытым ртом. А действительно, почему? У Кастанеды написано, что нужно посмотреть на руки (можно на ноги, но на руки удобнее), и я почему-то всегда смотрела на ладони.

- Если я посмотрю на тыльную сторону кистей, я увижу еще более противную картинку, - буркнула я.

- А почему, ты не задумывалась?

Мне все меньше нравилась наша беседа, но я понимала, что у меня проблема, и мне хотелось разобраться, в чем дело. Я собралась с духом и подняла к глазам руки, перевернув их тыльной стороной. Меня едва не стошнило. Какие-то бесформенные обрубки с короткими отростками. Но свечение было. Янтарное. Почему же руки так не похожи на настоящие?

- Вот поэтому ты и не можешь сместиться в сновидение. Тебе не хватает энергии осознания. Ты сейчас в плену своего воображения.

Я оглянулась. Невзрачные стены неопределенного цвета, никаких проблесков света. Попыталась усилием воли стереть картинку. Ничего не выходит. Почему? Я в сознании. Но сознание и осознание – далеко не одно и то же. Для полной осознанности нужна энергия. Мне ее сейчас сильно не хватает.

- А почему бы тебе не сдаться? Я поглощу остатки твоей энергии, и тебе не придется больше мучиться со всей этой ерундой.

Это был неожиданный поворот! Существо стало надвигаться на меня. Мне не верилось, что этот смешливый тип, только что вполне миролюбиво объяснявший мне про осознанность, может причинить вред. Я отступила назад, одновременно осматриваясь в поисках лазейки и сканируя существо.

- Ну, что ты сейчас можешь предпринять? – мне показалось, что в образе промелькнуло что-то демоническое. Мое воображение тут же зацепилось за эту картинку и начало дорисовывать образ демона. Существо захохотало, так, что по спине побежали мурашки, как будто радуясь и подыгрывая моему воображению, и кивнуло:

-  Может, еще молитву прочтешь?

- Хорошая идея, - процедила я сквозь зубы. Страх придал мне силы и спокойствия. По прошлому опыту я знала, что в подобных ситуациях самое главное – сохранять спокойствие, так как любое проявление эмоциональности приводит к потере энергии, а для меня это было сейчас невозможным. Шагнув к существу, я вцепилась в его плащ руками. Встряхивая существо на каждое слово, я начала читать:

- «Пусть высшая космическая сила войдет в меня и очистит от всего нечистого…»

Это была формула открытия доступа к эгрегору древнего ордена, к которому я принадлежала не одно столетие. Я говорила, не задумываясь, и не знала, почему я стала читать именно эту формулу. Но постепенно, по мере того, как формула открывала мне доступ, я ощущала, как слабеет воздействие существа на меня. Когда я дочитала до конца, энергетический поток охватил меня. Существо исчезло. Исчезла комната. Исчезло все. Я стояла в сияющей пустоте. Одна. Свободная. Я заставила свое тело вращаться, наматывая на себя энергию пространства. Энергетические нити, опутывающие все вокруг, искрясь, уносились во всех направлениях. Я улыбалась, стоя перед входами в другие миры. Потому что чувствовала себя победителем. Мне удалось разрушить клетку сознания и выйти на уровень осознания. Благодаря уроку незнакомца теперь я знала, что не всякий сон можно называть сновидением, даже если понимаешь, что спишь.